священник Георгий Максимов (yurij_maximov) wrote,
священник Георгий Максимов
yurij_maximov

Рассказ бывшей послушницы и/м Онуфрия (Стебелева-Веласкеса)

После публикации моих вопросов и/м Рафаилу (Берестову), мне написала Анна Величко, которая одно время была в этой группе "непоминающих" и жила в созданном рафаилитами "афонском метохе", "Иверско-Серафимовой пустыни" в Тверской области. Она попросила меня опубликовать ее рассказ, что я и делаю:

Отец Георгий, очень благодарна Вам за Ваше письмо о. Рафаилу (Берестову), в котором Вы задаете ему 20 вопросов и просите на них ответить. Я бывшая послушница отца Онуфрия (Стебелева-Веласкеса). Некоторое время назад я задавала похожие вопросы ему. Он ничего мне не ответил. Надеюсь, что отец Рафаил ответит на Ваши вопросы. Хочу рассказать, как я оказалась и что пережила в “скиту” иеросхимонаха Онуфрия (Стебелева-Веласкеса). Пожалуйста, опубликуйте моё письмо. Мой долг предупредить людей, которые им доверяют, и на моём примере показать к чему это доверие может привести.

Некоторое время назад я оказалась в “скиту” отца Онуфрия (Стебелева-Веласкеса). У него есть женский “скит” в Тверской области. На сайте Москва третий Рим были его контакты. Я читала этот сайт, на котором православных христиан призывают становиться "исповедниками", то есть не ходить на службы в Церковь, где поминают патриарха. В Новом Завете даже первосвященник Каиафа, не смотря на свое нечестие, не называется "лжепервосвященником", потому, что на тот момент он был законным первосвященником. А эти люди вопреки примеру из Нового Завета, называют законного патриарха "лжепатриархом". Человек может с чем-то не соглашаться, обличать, но называть лже- без суда и следствия… Они вынесли свой вердикт, не смотря на то, что согласно Уставу Русской Православной Церкви "Право суда над Патриархом Московским и всея Руси принадлежит Архиерейскому Собору, действующему в составе Поместного Собора." Святой Марк Эфесский, на которого они любят ссылаться, был архиереем. Святой Никодим Святогорец в своем толковании на 3-е Апостольское Правило пишет:
"повеления канонов, если не существует практического вмешательства второго лица, то есть Собора, не действуют непосредственно и до суда, не совершающегося само собой."

Я по гордыне чувствовала себя “исповедницей”, не ходила в Церковь. Хотела найти таких же “исповедников” как я, единомышленников. И нашла… Я написала отцу Онуфрию. В первый же вечер нашего знакомства по скайпу отец Онуфрий все как следует расспросил о моей жизни. Я не хотела открывать душу, но он сказал, что нельзя скрывать что-либо от духовника. Я растерялась. Тем более он же сказал, что он с самого Афона. Он сказал, что у него есть женский скит в России. Он не сказал, где находится этот так называемый “скит”. Перед поездкой узнала от него, что сначала нужно ехать в Москву. Я у него прямо спросила, а куда потом? Он промолчал (только в “скиту” узнала точно, что это за место). В общем, в первый вечер он сказал, что может купить мне билет на следующий день. Я решила подождать. И объявил, что я уже послушница. С этого момента началось моё ему “послушание”. Я на все должна была просить его благословение. Я сказала ему, что живу в Сочи. Он сказал, что в Адлере есть община “непоминающих”, его духовные чада, и что я должна к ним поехать, на “службу”. Я с ними подружилась. Через некоторое время я все же решилась поехать в этот "скит". Эти события были в июле - августе 2017 года. Мне тогда было 33 года. Oтец Онуфрий сказал, чтобы я прекратила общение с его чадами из моего города по моему приезду в “скит”. Я купила билет (от его денежной помощи я отказалась) и приехала в Москву. На вокзале меня встретил его духовный сын и отвез меня и ещё одну женщину с сыном лет двенадцати в “скит”. В “скиту” нас встретила “мать” Антония. Я поняла, что теперь я должна нести послушание ей. Скит представлял из себя дом с огородом в глухой деревне, хозяйкой которого была она. На “службах” их я присутствовать не могла. Священника не было. Произносили “Русский символ веры”, “Русский Отче Наш” и другие молитвословия, которых нет в Церкви. Все время были разговоры о грядущем царе, который восстановит мощное государство. Будет полный достаток и благоденствие. Этот "царь" якобы будет и государем и патриархом одновременно. Это противоречит канонам Церкви, Апостольским Правилам: 6, 30, 81, 83 и другим канонам, а самое главное, это противоречит Господней заповеди, о чем в частности говорится в 81-м Апостольском Правиле:

Рекли мы, яко не подобает епископу, или пресвитеру вдаватися в народныя управления, но неупустительно быти при делах церковных. Или убо да будет убежден сего не творити, или да будет извержен. Ибо никтоже может двум господам работати, по Господней заповеди (Мф. 6, 24).
Они же говорят о себе, как о ревнителях церковных канонов, именуют себя "исповедниками" за чистоту Православной веры. А тут попирают Божью заповедь. Как же так?

"Причащались" они в молельне рядом с домом без священника. Я с ними не причащалась. Никакого Таинства у них не было и быть не могло. Таинства есть в Церкви Христовой. А как сказали святой Игнатий Богоносец: "Без Епископа нет Церкви" и святой Киприан Карфагенский: "Епископ в Церкви и Церковь в Епископе, кто не с Епископом, тот и не в Церкви". Вместо епископа они поминали иеросхимонахов Рафаила (Берестова) и Онуфрия. Долго поминали, в пышных фразах.

Перед тем, как поехать в "скит", я сказала отцу Онуфрию, что купила сим карту для поездки и моя мама оформила ее на себя. Поскольку отец Онуфрий сказал, что паспорт от сатаны и что я должна бритвой выцарапать из него шестерки (чего я не сделала), я не хотела ничего на свой паспорт оформлять. По моему же приезду в “скит” отца Онуфрия, “мать” Антония объявила мне, что в ближайшее время я еду с ней и с ещё одной сестрой в город (Селижарово). Оформить на мой паспорт сим карту для сестры, которая приехала в “скит” одновременно со мной. У неё своего паспорта не было. Сожгла. Моего согласия никто не спрашивал. Фактически я попала в рабство. Такого "послушания" я не ожидала. Я доверилась отцу Онуфрию, искренне ему рассказывала, что даже сим карту на свой паспорт не могу оформить, что это против моих убеждений. И тут, первое, что мне сказали делать в "скиту" - оформить на свой паспорт сим карту для человека, которого я один раз в жизни видела. Это был удар. Можете представить - о. Онуфрий убеждал меня, что паспорт от сатаны, так что я, поверив ему, решила им не пользоваться, а по приезду в "скит" едва ли не первое, что он мне благословил - воспользоваться моим паспортом!

В это самое время в деревне, в которой находился “скит” долго не было света и мобильной связи соответственно. И для меня это была единственная возможность выехать в город и позвонить близким. Я же даже не знала куда меня привезли. Отец Онуфрий перед моим отъездом запретил мне брать с собой планшет. Только телефон без интернета разрешил взять. Просто жутко было! Вообщем привели меня в салон связи, можно сказать под конвоем, я оформила на себя эту сим карту. Привезли меня туда "скитоначальница" Антония и ещё одна сестра на пенсии, Валентина (на её машине). У них обоих есть паспорта. Однако оформить эту сим карту "скитоначальница" потребовала от меня... Вернувшись домой (в “скиту” я пробыла три недели), я пошла аннулировать эту сим карту. Тут узнала, что на ней уже был долг. Пришлось оплатить. Вообщем такие вот они “исповедники”, за счёт других.

В “скиту” я подружилась с одной инокиней, она тоже все это видела. До этого уехала её сестра, тоже инокиня. Потом мы с ней уехали. Узнала, что до меня приезжала одна игумения. Так вот отцы Рафаил и Онуфрий по скайпу сказали ей снять с себя игуменский крест. Как мы поняли “ради смирения”. И запретили остальным сестрам брать у неё благословение. Уехала она оттуда в слезах.

Сестра Валентина, пенсионерка, которая привезла меня на своей машине в салон связи оформить сим карту, отдавала (и наверное продолжает отдавать) Антонии 10000 руб каждый месяц. Отец Онуфрий сказал ей продать свою машину, а деньги отдать “матушке”. Она возмутились, сказала ему, что она не сможет без машины, ей будет тяжело. И не продала машину.

Литературу отец Онуфрий говорил читать только про послушание. Признаться, было очень скучно постоянно это читать в большом количестве. На одну тему. По приезду в скит я это уже не читала, все мои мысли были только о том, как оттуда выбраться. Я пыталась убеждать некоторых из сестер. Когда я приводила веские доводы, ответом было раздражение. Они не терпели, если кто-то ставил под сомнение непогрешимость и духоносность их отцов. “Им Бог открывает, а ты кто такая?!" Я привезла в “скит” много книг. “Камень Веры” митрополита Стефана Яворского, Курс лекций по догматическому богословию и пр. Хотела дать книги сестрам. Но они мне объяснили, что нужно их показать мон. Антонии. Посмотрев на книги, она сказала мне, что только с благословения батюшки можно будет дать их сестрам. Сказала, что возможно для сестёр это слишком сложно и неинтересно. Что они уже знают, что ИНН и прочее это плохо, и им этого вполне достаточно. Так и пылились мои книги.

"Мать” Антония давала сёстрам послушания. Если сестра старалась помочь другой сестре или бралась еще что-нибудь делать, она могла её унизить и поставить на место. Если я хотела помочь сестрам с их послушанием, они боялись, что “мать” Антония увидит. Я сказала отцу Онуфрию, что это мой христианский долг помочь человеку. “Друг друга тяготы носите, и тако исполните закон Христов” (Гал. 6:2). Но на это нужно было просить разрешение или делать украдкой, опустив глаза, как будто делаешь что-то противозаконное. Знаю, что до того, как стать "скитоначальницей" мон. Антония два года была на послушании в коровнике в монастыре в Малоярославце. В монахини её тайно постриг отец Онуфрий.

Однажды “мать” Антония отправила меня и ещё двух сестер на сенокос после тяжёлого послушания, сказала: “Батюшка благословил”. Её приближенная, которая тяжёлой работой не занималась, сказала нам: "Кто умрёт на послушании - сразу в рай!" Мон. Антония на это утвердительно сказала “Да”. Она тоже редко занималась работой, в основном она контролировала рабочих, которые постоянно что-то делали в "скиту". Отправила она нас работать на её знакомую (чадо отца Рафаила). Эта знакомая жаловалась, что в последнее время её финансовое состояние ухудшилось, не может ездить каждый год за границу с семьёй. Перед поездкой на сенокос я почувствовала себя плохо. Был пост. Я ранее говорила отцу Онуфрию, что у меня темнеет в глазах и закладывает уши. Он мне сказал есть все понемногу. Я попросила сестру, во дворе дома которой была корова, дать мне молоко. Я не стала спрашивать разрешения у мон. Антонии. Поскольку она скорее бы сказала: “Как батюшка благословит”. А пока бы спрашивали его благословение, я бы голодная поехала на сенокос и упала бы там на жаре. Тем более отец Онуфрий мне ранее разрешил есть все понемногу. Вечером я уехала с сенокоса, сославшись на плохое самочувствие, другие же сёстры остались работать и на следующий день, привезли их оттуда только на третий день. Я попросила сестру, у которой был интернет, написать отцу Онуфрию письмо о том, что я голодная. Тяжело одному человеку каждый день носить воду на 11 человек, мыть полы и прочее. И при этом сидеть на баланде. На следующее утро сестра, у которой была корова, пришла ко мне и сказала, что отец Онуфрий ответил, что не благословлял мне пить молоко. И чтобы я так больше не поступала. Позже сёстры спрашивали мон. Антонию можно ли дать мне молоко (в холодильнике было молоко для кошек). На что мон. Антония сказала: “Батюшка не благословил”. “Мать” Антония часто говорила о том, что “Мы сюда не есть приехали, а молиться”, упрекала нас (сестер) в том, что мы едим слишком много хлеба. Правда, сестра, которая отдавала часть своей пенсии мон. Антонии, старалась на остальное нас подкармливать. Рыбу и яйца мы практически не ели. Рыбу варили кошкам. Правда на Преображение были "рыбные котлеты" (на самом деле рисовые с рыбьими костями).

Я знаю, что через некоторое время после моего и еще одной инокини отъезда оттуда, к ним в “скит” приехала ещё одна монахиня. А одна уехала. В Грецию на остров Крит. По распоряжению отца Онуфрия, как мне сказали. Мы очень возмутились, когда узнали. Дело в том, что мать Нонна сожгла свой паспорт по благословению отца Онуфрия. А монахиня, которая уехала в Грецию, не без документов же она туда уехала? У “матушки” Антонии тоже есть документы. Она же собственница того дома, в котором мы жили. Сестра Валентина, о которой я уже упоминала, говорила Антонии о неком духовном завещании. Мне довелось присутствовать при разговоре. "Матушка" очевидно подумала, что она говорит о материальном завещании и с быстрой готовностью сказала, что ей нужно только взять свой паспорт. Но сестра сказала ей, что материальное было оформлено на внуков.

Отец Онуфрий не благословлял сестре Валентине сжечь свой паспорт. А вот инокине Нонне, уехавшей оттуда со мной, которая не давала им никаких средств, благословил. Она мне рассказывала, что еще раньше хотела уехать. Но без паспорта, да еще и одна, инокиня… Она сказала отцу Онуфрию, как она поедет без паспорта, почти без денег, да еще и одна? Он ей сказал что-то вроде: “Своим ходом”. Страшно довериться таким людям. Ещё “мать” Антония вела разговор о том, что в идеале личные деньги сестер должны быть у неё. И если кому-то что-то понадобится, она будет решать нужно это этому человеку или нет.

И ещё о том, как я попала в этот “скит”. На сайте Москва 3 Рим была статья отца Онуфрия “Сила Божия в немощи совершается”. В этой статье было письмо инокини Нонны. Потом письмо из статьи было вырезано по её требованию. Обращение к митрополиту, который её постригал, с просьбой, чтобы он прекратил поминовение патриарха. Отец Онуфрий сказал ей его написать и опубликовал вместе с её фотографией. В письме мать Нонна говорит, что “находится в скиту, в достойном месте”. В конце статьи были контакты отца Онуфрия, по которым я с ним связалась. Могла ли я тогда подумать, что я вместе с этой инокиней буду бежать из этого “достойного места”. Нарочно не придумаешь! Силой нас там не держали, но поскольку у инокини Нонны не было паспорта и у нас было много вещей и мало денег, выбраться оттуда и добраться до Москвы было весьма проблематично.

Отец Онуфрий в своей статье "Просьба о помощи монахиням, которые идут исповедническим путем" пишет только о монахинях из монастырей, но сёстры в "скиту" это преимущественно мирянки, ставшие его послушницами. На момент моего присутствия там было только две монахини и инокиня. С инокиней я оттуда уехала, одна монахиня уехала в Грецию после нашего отъезда, на остров Крит, другая туда приехала. Остальные послушницы и трудница. У отца Онуфрия в этой местности много духовных чад, как мне сказали. Некоторые из них приезжали на машинах в "скит" по праздникам.

Когда мы уезжали из “скита” сестры поняли, что мы возвращаемся в Церковь. Одна сестра сказала нам, что отец Рафаил любит говорить, что лучше было бы не уходить из Церкви, чем туда вернуться. Мол это больший грех вернуться в Церковь.

После того, как я уехала из "скита", я написала отцу Онуфрию много сообщений, поздравила его с праздником. Был день Успения Пресвятой Богородицы. Но он мне не ответил. Я ждала много дней. Для меня это было шоком. Я же считала его своим духовным отцом. В это же самое время отец Онуфрий размещал статьи и стихи о любви к ближнему... Было очень тяжело это видеть. Видимо за ближних отец Онуфрий принимает только "непоминающих". Я раскаиваюсь в том, что доверилась этому человеку. Люди в этот “скит” не просто так попадают, в том числе и я. Общая черта это гордыня соединенная с невежеством. Считают себя выше других.

Чада отца Онуфрия из Адлера, с которыми я сидела за одним столом, которые уговаривали меня поехать в “скит”, больше мне не звонили, как будто меня и не было. Я думала, что, может быть им неудобно звонить после того, что случилось. Но потом увидела на сайте Москва 3 Рим их имена и фамилии, как подписи под “Резолюцией синаксиса в г. Екатеринодаре”.

Мать Нонна, инокиня, с которой я оттуда уехала, предлагала написать об этом, о том, что мы пережили. Но я не хотела это предавать огласке. Я этому человеку открыла душу. Разочарование мое было очень горьким. Только сейчас решилась написать. Очень важно знать правду о таких как они. Я их узнала по их делам. С ужасом вспоминаю, что раньше я ими восхищалась.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments