священник Георгий Максимов (yurij_maximov) wrote,
священник Георгий Максимов
yurij_maximov

Categories:

Про песни

Как-то бросилось в глаза, что в тех песнях, которые, независимо от происхождения, получили большое распространение и любовь в русском народе, очень сильна тема смерти, представленная в разных вариациях:
«Степь да степь кругом» – умирает ямщик. При исполнении обязанностей.
«Раскинулось море широко» – умирает кочегар. При исполнении обязанностей.
«Ой, то не вечер, то не вечер» – от лица воина, которому приснился сон, предрекающий скорую смерть.
«Чёрный ворон» – от лица смертельно раненого воина.
«Любо, братцы, любо» – аналогично.
«Не для меня журчат ручьи» – аналогично.
«То не ветер ветку клонит» – от лица парня, у которого умерла невеста, и который погружён в суицидальные мысли.
«Окрасился месяц багрянцем» – о женщине, которая во время бури сознательно погубила и себя и дружка-изменника.
«Там, вдали за рекой» – про воина, которого убили.
«По полю танки грохотали» – про экипаж танка, которые все погибли.
Есть, конечно, песни и с другими темами – любовь, измена, есть и шуточные… Но смерти очень много. Я ещё не всё привёл.
Слышал, что у других народов их песни гораздо реже обращаются к этой теме.
Интересно, почему так? Быть может, это своего рода один из естественных элементов ars bono moriendi, так сказать, обращения каждого к «памяти смертной»?
Или что-то иное?
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 17 comments